Письмо 90. 4 июня 1938 г.

# Дорогая и родная племянница моя, Варя, с домашними твоими, здравствуйте!

3/VI получил твое письмецо от 26/V, а вчера получил извещение на посылку (от 24/V) и за все благодарю, благодарю. Очень рад за тебя и за прочих, что будете на воздухе, за что опять приношу благодарность Вале и маме Кате; а тете Кс<ении> так я прямо завидую… слава Богу! Ф<едору> Ф<едоровичу> кланяюсь и желаю полнаго возстановления его здоровья. А я пока жив, кишечник мой исправился — это вашими молитвами, но теперь ослабло сердце, отчего временами пропадает голос и движение, чего ранее не замечалось в такой степени <…> На воздухе я нынче нахожусь больше прошедшаго года, жары, конечно, не переношу. Нынче очень много комаров. Галоши уже на месте, и я угощен 2 кусками 2-х свежих пирогов. В жару сидишь как очумелый — без мысли — своей, коей бы взамен требовалась бы посторонняя… но оне… ужасны…[1] без движения, но за все слава Богу. И<ван> Т<имофеевич> тебе кланяется. Прошедшим своим письмом не помешал ли твоему отдыху? Пр<остите.> Простите. Господь с вами. <…> Посылку получил — благодарю.

4/VI Любящий тебя твой дядя..

[1] Старец говорит, что при его физическом состоянии трудно найти силы для молитвы и богомыслия. В обычных условиях должна была бы помочь посторонняя мысль — богослужение, но вместо этого вокруг — брань уголовников.


Предыдущий документ / Следующий документ